Рождество на Кикладах

Наступает декабрь, и свет над Кикладами меняет цвет. Белые селения жмутся к склонам холмов, северный ветер начищает до блеска мощёные улочки, а из приоткрытых окон разливается запах свежезамешенного рождественского хлеба — Христопсомо. Здесь, посреди зимнего Эгейского моря, Двенадцатидневье — Рождество, Новый год, Богоявление — не праздник, который просто проживают; это двенадцать дней, которые каждый остров поёт, печёт и празднует по-своему.

Приметы, северные ветры и «железные» пожелания

На Кикладских островах праздник начинается со знаков. Считается доброй приметой, если в Новый год дует северный ветер или если голубь спускается во двор дома; напротив, ворон, пролетающий над жилищем, предвещает беды. В некоторых деревнях утром в Новый год люди, умываясь, касаются лица кусочком железа, чтобы весь год быть крепкими и «железными». Маленькие, будничные жесты, несущие в себе вековые чаяния о здоровье и хорошем урожае.

Колядки: мантинады, импровизации и миконосская «карава»

Если и есть звук, объединяющий все Киклады в эти дни, — это голоса колядующих. И всё же ни одна мелодия не похожа на другую. На Наксосе в качестве колядок поют знаменитые «коцакья» — разновидность мантинады насмешливого, задиристого характера. На Сифносе традиционные сифносские колядки — это импровизированные сочинения на местном диалекте, тесно связанные с религиозной жизнью; их поют с полудня до вечера сочельника, они демонстрируют талант сочинителя и комментируют людей и события.

На Паросе дети поют колядки во второй половине дня сочельника, сразу после вечерни, а в сам праздник — утром после литургии. На Миконосе в канун Нового года группа колядующих из Культурно-фольклорного общества женщин Миконоса обходит Хору, неся традиционную «караву» (кораблик) и фонарик, распевая миконосские и традиционные делосские колядки. В сам день Богоявления начинаются «балосья» — обычай венецианского происхождения, от слов ballonzolo (подпрыгивание) и Ballocio (небольшой танец), — танцы под аккомпанемент скрипок, волынок и барабанчиков.

Кораблик Сироса — путешествие к новой жизни

Нигде символ Двенадцатидневья не становится столь буквальным, как на Сиросе. В «Добрый вечер» — сочельник Рождества — католические жители сиросской сельской местности и Ано Сироса возвращаются из церкви и едят рыбу с цветной капустой. В канун Нового года участницы Лицея гречанок, одетые в традиционный сиросский костюм, обходят улицы Эрмуполиса, неся наряженный традиционный кораблик и распевая сиросские и тиносские колядки. Кораблик символизирует плавание человека к новой жизни после Рождения Христа — забытый кикладский обычай, возрождённый благодаря похвальным усилиям культурных и муниципальных организаций. В канун Богоявления колядки поют снова, на этот раз с фонариками, сделанными из полых свежих апельсинов, — возрождая древний сиросский обычай.

Праздничные столы: ароматы, разливающиеся по мощёным улочкам

На Рождество узкие улочки Миконоса благоухают дипломи, финикья, курабьедес и Христопсомо, которые пекутся в печи. В деревнях замешивают ещё один, дополнительный, каравай Христопсомо, который делят между домашними животными. Помимо сладостей, хозяйки готовят солёное свиное сало с зеленью или капустой — символ изобилия, — мясо, запечённое в печи, пирог с луком на местном «тироволья» и медовый пирог с мёдом и корицей.

На Наксосе гастрономическим символом этих дней служит фаршированный козлёнок с зеленью и рисом, который готовят на Рождество и Новый год; здесь же замешивают Христопсомо с изюмом и грецкими орехами, с целым орехом в центре и крестом из теста. На Сифносе традиционный стол строится вокруг свинины — солёной или запечённой — и Христопсомо, замешенного с анисом. На Аморгосе в сам Новый год подают «кофтос» — блюдо из пшеницы, лука, тёртого сыра, масла и воды, — чтобы урожай удался. На Анафи на Рождество хозяйки подают «куфето» — варенье из отбеленного миндаля и кусочков красноватой тыквы, томлённых в мёду, — а в Новый год пекут в дровяной печи «зафористо» — хлеб со вкусом шафрана и ярко-жёлтым цветом.

Богоявление: базилик, святая вода и погружение Креста

На Паросе утром в канун Богоявления, после «Малого освящения воды», священники с епитрахилью и крестом, обёрнутым свежим базиликом, «освящают» дома. Их сопровождает ребёнок, несущий «сиглу» — ведёрко со святой водой, — и масляный фонарь со Святым Огнём. Заходя из дома в дом, они поют «Во Иордане…» и «освящают» верующих и комнаты, чтобы отогнать злых духов. Хозяйки бросают в «сиглу» свою лепту, а особенно в Марписсе предлагают священнику присесть на диван, угощая его постными бурекакья.

Присядь, батюшка, чтобы и наша наседка присела!— Пожелание хозяек Марписсы, Парос

На рассвете Богоявления в мужском монастыре Лонговарда, к северо-востоку от Паройкии, литургия начинается в два часа ночи, и присутствуют на ней только мужчины, тогда как женщины направляются в храм Архангела. Утром в прибрежных селениях священник, певчие и прихожане спускаются из церкви в порт, неся икону Крещения и рипиды, для освящения вод и погружения Честного Креста. Этот день считается днём очищения: земледельцы окропляют святой водой животных, дома, поля, деревья и колодцы — причём непременно до полудня, поскольку, по поверью, позже святая вода теряет силу.

«Стол Братства» на Тиносе

В традиционной деревне Трипотамос на Тиносе каждое 25 декабря возрождается один из самых трогательных обычаев Киклад — «Стол Братства». Каждый год одна семья назначается ответственной перед приходским храмом Введения Богородицы во храм, а глава семьи именуется «кавос». Он обязан весь год держать зажжённой лампаду перед иконой Рождества, содержать церковь в чистоте и брать на себя расходы на литургию, свечи и большую свечу из настоящего пчелиного воска.

В полдень на Рождество «кавос» устраивает трапезу у себя дома — только для мужчин деревни и священника. Приглашённые приносят с собой, завёрнутые в полотенце, свои хлеб, вилку, ложку и вино. Стол ломится от говяжьего супа, тушёного мяса в луковом соусе, отварного мяса и долмадес, а вино подаётся в «тасья» — полусферических латунных чашах, используемых исключительно в этот день и подаренных жителями деревни. После трапезы икону Рождества переносят из церкви в дом хозяина под рождественские тропари; священник раздаёт антидор, объявляет имя следующего «кавоса», и по кругу пускают два подноса для сбора пожертвований в помощь новому ответственному и священнику. На следующий день, 26 декабря, вся деревня вновь собирается в доме прежнего «кавоса», чтобы разделить то, что осталось, — а он до конца года продолжает отвечать за лампаду перед иконой.

От «коцакья» Наксоса до кораблика Сироса, от кофтоса Аморгоса до тасья Тиноса — Двенадцатидневье на Кикладах представляет собой целую карту памяти. Если вы окажетесь здесь зимой, то обнаружите, что Рождество на островах пахнет не елью и снегом, а ладаном, базиликом и свежеиспечённым Христопсомо — и что под чистым эгейским небом праздник всегда остаётся делом всей общины.